Дудоров: Россия первой в мире свяжет человека и робота в космосе

14.04.2026

Будущие полеты в космос, лунные миссии и работа Российской орбитальной станции (РОС) невозможны без участия робототехнических комплексов. Каким будет первый робот в открытом космосе, какие задачи смогут выполнять на РОС и какую роль сыграл робот "Федор", в интервью ТАСС по итогам первого Российского космического форума рассказал заместитель генерального директора по производству и технологическому развитию АО "Корпорация Робототехники" Евгений Дудоров.

— Расскажите, какой будет Российская орбитальная станция — первая в мире платформа-дрон, техническим обслуживанием которой в том числе будут заниматься роботы?

— Если мы говорим о дроне, то это означает возможность ее [станции] автономного перемещения с элементами корректировки со стороны человека, когда он может переводить станцию на различные орбиты и выполнять большое количество операций непосредственно на борту РОС.

Если посмотреть на задачи, которые необходимо решать в космосе, то многие из них связаны с работой за пределами станции, то есть в условиях воздействия вредных факторов — радиации, вакуума, экстремальных температур. Очевидно, что пребывание космонавта в таких условиях без защитных средств невозможно: необходимы скафандр, система жизнеобеспечения и так далее. При этом возможности работы человека существенно ограничены.

Создание станции нового типа, способной к самообслуживанию, предполагает, что с помощью робототехнических решений можно будет выполнять перестыковку кораблей, разгрузку полезной нагрузки, запуск спутников, а также перемещение космонавта, чтобы ему не приходилось перемещаться по поручням, что довольно трудоемкий процесс, — его можно будет зафиксировать и переместить на другую сторону станции. Все эти функции могут быть переданы роботам.

В этом случае станция — это скорее крупный робототехнический комплекс, чем дрон. В его составе должны быть и транспортные, и сервисные роботы, а также, возможно, антропоморфные роботы для выполнения вспомогательных задач.

— Расскажите о проекте, которым вы сейчас занимаетесь для МКС: вы планируете в ближайшее время отправить робота "Теледроид". Что это за изделие, для чего оно и известны ли сроки отправки?

— Мы уже находимся на завершающей стадии реализации проекта. Он называется "Система антропоморфная робототехническая", шифр — "Теледроид". Мы разрабатываем робототехнический комплекс, в котором задающее устройство копирующего типа — это экзоскелет, надеваемый на человека, позволяющий управлять роботом: антропоморфным роботом торсового типа, то есть без ног, который будет крепиться на внешней поверхности МКС.

Перед ним будет размещен специальный "стол", на котором расположат различные объекты — инструменты, элементы и соединители. Робот сможет в автономном режиме находить их с помощью технического зрения, планировать траекторию движения, захватывать и перемещать. Аналогичные операции будут выполняться и в копирующем режиме.

В Центре подготовки космонавтов ведется работа по обучению экипажей и отработке сценариев действий, чтобы в ближайшей перспективе провести эти операции на МКС. Предварительно, срок отправки робота — третий-четвертый квартал 2026 года, но многое будет зависеть от программы доставки оборудования на станцию. Мы рассчитываем, что робот и все необходимое оборудование будут отправлены уже в 2026 году, а сам космический эксперимент начнется либо в конце 2026-го, либо в начале 2027-го.

— Насколько это габаритное изделие?

— Задающее устройство копирующего типа весит порядка 18 кг, дополнительно используется компьютер, отдельный модуль технического зрения.

Сам проект достаточно уникален. Во-первых, применяемое оборудование на 96% состоит из отечественных компонентов, а электроника управления электроприводами — на 100%. Во-вторых, все элементы устойчивы к воздействию радиации, вакуума и экстремальных температур. В-третьих, в роботе реализована система искусственного интеллекта: он получает голосовые команды от оператора или космонавта, анализирует их и выполняет конкретные действия.

Фактически это первый в мире космический эксперимент, который свяжет оператора, находящегося внутри МКС, и робота, работающего за ее пределами, для выполнения практических задач. В антропоморфном, "аватарном" режиме оператор сможет напрямую управлять роботом.

Основная задача — снизить нагрузку на космонавтов и повысить производительность труда. Робот сможет трудиться на внешней поверхности станции, подготавливать рабочее место перед выходом человека в открытый космос, чтобы космонавт выполнял только наиболее ответственные операции. После этого с помощью робота можно будет полностью убрать рабочую зону. Это лишь один из возможных сценариев применения.

— Когда робот окажется на МКС, он будет задействован в эксперименте или сразу сможет выполнять реальные рабочие задачи?

— Нет, это однозначно будет эксперимент. Мы разрабатываем отдельный сценарий экспериментов для проекта "Теледроид". Сразу включить его в реальные задачи невозможно — в космосе так не работает. Любые операции сначала должны быть полностью отработаны на Земле, чтобы убедиться в их реализуемости, и только потом [они] проверяются в космосе. При этом то, что удается на Земле, не всегда удается воспроизвести на орбите.

Поэтому сейчас наша ключевая задача — проверить работоспособность созданного оборудования, протестировать разработанные алгоритмы и отработать типовые операции, которые выполняют космонавты на МКС, преимущественно на внешней поверхности. Если это удастся, появится возможность либо доработать этот образец, либо создать новое решение с учетом полученных замечаний и в дальнейшем применять его, в том числе на Российской орбитальной станции.

— То есть "Теледроид" планируется к применению на РОС?

— Однозначно можно сказать, что потенциально — да. Но, скорее всего, это будет уже не этот "Теледроид", поскольку у этого оборудования есть определенный срок службы и "прописка". Если [работу] МКС, как ожидается, продлят до 2030 года, то робот не вернется на Землю — он, как "часть команды, часть корабля", останется там. Для нас сейчас главное — отработать технологии, получить знания, сформировать компетенции и команду, способную создавать такие решения.

Мы говорим, что создание роботов для космоса, выполняющих полезные функции, — это первый шаг к разработке робототехнических решений для освоения Луны. Условия там во многом схожи, но более агрессивные — в частности, добавляется воздействие реголитной пыли. При этом без применения роботов невозможно проводить исследования, строить площадки и создавать инфраструктуру на Луне. Такие системы должны изначально разрабатываться с определенным набором алгоритмов, поэтому ведется соответствующая проработка. На Земле мы формируем технологии, применяем их в открытом космосе, а затем сможем интегрировать и использовать уже в лунных условиях.

Что касается РОС, то, безусловно, "Теледроид", "Теледроид-2" или другой робот в том или ином виде будет там задействован. При этом стоит отметить, что, хотя РОС планируется как постоянно обитаемая станция, для окололунных станций с более высоким уровнем радиации актуально применение и внутренних роботов — для обслуживания станции в периоды отсутствия экипажа.

— Ведутся ли какие-то целевые разработки для Луны?

— Мы находимся на стадии согласования работ по созданию электроприводов для луноходов. В перспективе рассматриваем возможность разработки отдельных манипуляторов. В том числе я отмечал, что мы можем дать асимметричный ответ на текущие вызовы в международной космонавтике. Мы видим, что Китай и США активно реализуют миссии по доставке на Луну луноходов и других аппаратов и уже переходят к масштабным исследованиям — в определенном смысле Луна начинает "делиться" между странами.

В качестве технологического ответа мы можем предложить решения нового уровня — например, комбинированные системы, объединяющие луноход и антропоморфного робота. Это позволит обеспечить одновременно мобильность и функциональность: независимо от режима управления — копирующего или автономного — такой робот сможет выполнять задачи, сопоставимые с работой человека в скафандре, с аналогичными ограничениями. Возможен и вариант полностью автономного антропоморфного робота, способного самостоятельно передвигаться. Я считаю, что за такими решениями будущее. При текущем уровне развития искусственного интеллекта и технологий это вопрос не столь отдаленной перспективы — скорее, вопрос того, кто первым реализует подобные проекты. Мы прорабатываем некоторые направления совместно с организациями Роскосмоса, в том числе по лунной тематике.

— Какую роль сыграл робот "Федор" в создании нынешних разработок? Можно ли считать его "отцом" современного поколения?

— Да, в определенной степени это прототип. В целом "Федор" получил широкую известность после полета на МКС, хотя во многом это было стечение обстоятельств, удача и, главное, решение руководства Роскосмоса провести соответствующий эксперимент. Мало кто знает, что корабль "Союз МС-14" отправлялся на МКС в беспилотном режиме, несмотря на то что он пилотируемый. Это было связано с установкой новой системы управления и использованием ракеты-носителя "Союз-2.1а". В итоге появилось окно возможностей для эксперимента с антропоморфным роботом.

Сам "Федор" разрабатывался в рамках проекта Фонда перспективных исследований "Спасатель" для отработки технологий человекоподобной робототехники. В сжатые сроки — чуть более чем за три месяца — его адаптировали для космоса, обеспечив безопасность взаимодействия и необходимую доработку систем.

За две недели на МКС космонавты отработали с роботом в общей сложности 56 часов, выполнив более 20 различных операций и сеансов. Это совокупно гораздо больше по времени и по объему выполненных операций, чем то, что сделали американцы со своим роботом, который находился семь лет на МКС.

Какие уникальные решения мы получили: робот вводился в работоспособное состояние непосредственно на МКС, и мы могли считывать с него всю телеметрию; робот давал голосовые команды, и мы получали обратную связь, — это действительно уникально. Непосредственно на станции с роботом было отработано большое количество экспериментов именно в копирующем режиме, и это позволило нам лучше понять, как работает сама конфигурация, как ведет себя человек в условиях микрогравитации и как он управляет системой. Потому что одно дело — когда я здесь, на Земле, надеваю костюм и выполняю какие-то действия, а робот тоже находится на Земле, и совсем другое — когда космонавт управляет им непосредственно на орбите, внутри герметичного отсека МКС.

Мы столкнулись с тем, что, когда оттуда приходило видео и руководитель Роскосмоса спрашивал: "Почему робота трясет? Что с ним происходит?", — дело было не в роботе, а в операторе. Он надевает костюм, и ему сложно зафиксироваться, из-за чего теряется координация. Это стало важным результатом, который позволил нам учесть такие особенности в дальнейших разработках.

Возникали и более прикладные вопросы — например, связанные с включением робота, банальной необходимостью сделать кнопку более "мягкой", а также с электропитанием и другими аспектами. В целом, проведенный эксперимент позволил нам более точно сформировать техническое задание для проекта "Теледроид" и подойти к его логическому завершению и подготовке к отправке на МКС. 

ТАСС